Support independent journalism in Central & Eastern Europe.
Donate to TOL!

× Learn more
No, thanks Photo: Abbas Atilay
 
back  |  printBookmark and Share

Каждому по происхождению

Система образования Чехии все больше открывает свои двери для детей из обеспеченных семей и закрывает для других by Майкл Смит 28 April 2006 Система образования Чехии всегда славилась на постсоветском пространстве своими высокими достижениями в области математики и точных наук (согласно международным рейтингам). Основываясь на распространенном стереотипе, что чехи — это экономические "тигры", многие незаслуженно идеализируют систему образования этой страны, полагая, что она успешно готовит выпускников школ к поступлению в вузы и конкуренции в рыночных условиях. Но, к сожалению, на самом деле это не так: глубокий анализ социологических данных, полученных в последнее время, показал, что система образования Чехии способствует сохранению неравенства, ограничивает социальную мобильность, и создает барьеры на пути тех выпускников, кто действительно хотят поступить в вуз и учиться. Почему система образования находится на грани кризиса, и что можно сделать для ее спасения?

Сначала о фактах. По данным Института информационного образования Чехии, более 40 процентов поступающих отсеивается на вступительных экзаменах в колледжи и университеты. Примерно 11 процентов абитуриентов пытаются поступить в высшие учебные заведения как минимум пять раз. Всего 33 процента чехов в возрасте от 19 до 24 лет учатся в вузах. По этому показателю она находится на одном из последних мест в списке развитых стран (для сравнения: в Швеции 80 процентов молодежи в этом возрасте обучаются в вузах, а в США 63 процента). Высокий конкурс при поступлении означает, что студенты отбираются, по большому счету, из равносильных кандидатов на основе произвольных критериев. Поэтому неудивительно, что среди абитуриентов распространено мнение, что личные связи и взятки играют решающую роль в процессе поступления. А недавнее исследование, проведенное в пражском Университете Чарльза и Академии наук Чехии, показало, что поступление или не поступление также статистически зависит от того, где по списку в алфавитном порядке находится фамилия претендента.

Петр Матью, Яна Стракова и их партнеры провели исследование и опубликовали доклад "Неравные шансы в образовании", в котором утверждается, что социальное и экономическое неравенство значительно предопределяет возможность поступления в колледж или университет. Согласно этому исследованию, абитуриенты, чьи родители не окончили среднюю школу, имеют 37-процентный шанс сдать экзамены в колледж, против 61 процента у тех, чьи родители имеют университетское образование.

У абитуриентов из семей с низким уровнем дохода гораздо меньше шансов поступить, чем у детей из более обеспеченных семей. Студенты из богатых семей (при определении этих семей учитывался не только их доход, но и образование и занимаемая должность родителей) составляют более 40 процентов общего количества обучаемых на наиболее престижных факультетах: естественных наук, медицинском, искусствоведения и юридическом. Большинство студентов из бедных семей учатся на сельскохозяйственных факультетах, которые, вероятно, дают хотя бы какой-то шанс на материальное продвижение в будущем. И хотя это исследование не затрагивало вопросы национального происхождения, достаточно пройти по университетским аудиториям (или заглянуть в гимназические классы), чтобы понять, что здесь почти невозможно найти представителей цыган.

Разница в доступе к образованию особенно важна, если учесть ценность вузовского диплома на рынке. По данным Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР), чешский работник с высшим образованием зарабатывает в 1,8 раза больше, чем его либо ее сосед с дипломом средней школы (по сравнению со средней разницей в 1.63 раза в странах ОЭСР). Это значит, что у студентов из более обеспеченных и образованных семей не только больше шансов поступить в колледж, но и больше возможностей лучше зарабатывать после выпуска. Таким образом, система образования Чехии не выравнивает, а усугубляет материальную разницу между различными слоями населения.

МЕЧЕНЫЕ

Что привело к такой ситуации? Во-первых, студентам из более обеспеченных семей легче поступить в вуз прежде всего потому, что до этого они посещали элитные многоуровневые гимназии (академические средние школы). У выпускников гимназий гораздо больше шансов поступить, чем у выпускников средних профессионально-технических училищ. Прием учеников в средние учебные заведения, в свою очередь, тоже сильно зависит от материального положения их родителей. Согласно исследованию фактически получается, что негибкий характер системы среднего образования Чехии (ученики должны сделать свой выбор будущей профессии в возрасте 15 лет и раньше) означает, что выбор учебного заведения и будущей профессии больше зависит от положения родителей, чем от интересов учеников. В средних учебных заведениях, особенно в гимназиях, тоже есть отбор, и конкурс довольно высок. У претендентов с более высоким ресурсом, например тех, кто может заплатить за репетитора и необходимые материалы для подготовки к экзаменам, больше возможностей попасть в наиболее престижные школы. В результате, утверждают авторы исследования, "многоуровневые гимназии не функционируют, как принято считать, в качестве инструмента постепенного повышения мобильности образования, а способствуют сохранению неравенства в области образования и его переходу из поколения в поколение". После неудачной попытки поступить в гимназию, у менее обеспеченных учеников остается небольшой выбор, и в результате они вынуждены идти в профтехучилище и осваивать профессию, с которой впоследствии трудно найти работу.

Во-вторых, неравенство в образовании было бы меньше, если бы поступление в вуз не было таким кошмаром для выпускников школ и их семей. Несмотря на более чем стопроцентный рост количества студентов за последние 10 лет (рост количества студентов со 145.000 в 1995 до 298.000 в 2005 частично объясняется возникновением частных колледжей), спрос на бесплатное обучение в государственных вузах продолжает значительно превышать предложение. В идеальной системе массового образования все желающие учиться в вузах должны иметь такую возможность, ведь при переходе к обществу, основанному на знаниях, степень бакалавра становится необходимостью, а не роскошью. Но в Чехии университетское образование определяется не массовым спросом, а ограниченным предложением мест в аудиториях недофинансируемых и переполненных университетов.

В результате после неудачных попыток поступить в государственные университеты, некоторые претенденты идут учиться в частные колледжи. Взрослые старше 25, кому редко удается поступить в государственные университеты, тоже оседают в частных учебных заведениях. Это миф, что в частных школах Чехии учатся одни богатые, — различные социальное слои населения там представлены примерно так же, как в государственных университетах. Они больше работают, живут с родителями и тратят семейные сбережения на образование, которое в частных школах стоит в три раза дороже, чем в государственных. Работая преподавателем в частном колледже в Праге, я с удивлением отметил, что многие студенты, которые не смогли поступить в государственные вузы, имели свой бизнес либо работали в больших международных корпорациях. Однако противоречивая репутация в академических кругах и ограничения связанные с условиями работы — трудности в получении внешнего финансирования в виде грантов на исследования и иные цели — мешают частным вузам стать серьезной альтернативой государственным учебным заведениям.

В течение последних десяти лет правительство Чехии стремилось увеличить финансирование системы высшего образования, но выделяемых средств было недостаточно даже для компенсации инфляции и поддержания количества студентов на прежнем уровне. В реальном выражении размер государственной субсидии на одного студента снизился на 30 процентов. В то время как страны ОЭСР в среднем тратят 1,6 процента ВВП на финансирование системы высшего образования, в Чехии этот показатель составляет 0,9 процента, и она занимает одно из последних мест в этом списке. Чехия значительно отстает от других стран в финансировании науки (всего 0,56 процента ВВП), что идет вразрез с заявлениями правительства о стремлении создать благоприятные условия для развития науки и технологий.

Вероятно, самой главной причиной отсутствия доступного высшего образования является то, что студенты не платят за обучение, в результате чего бремя финансирования системы образования ложится на бюджет, в котором на эти цели средств не хватает. Аргументы о справедливости системы бесплатного образования не выдерживают критики, поскольку менее обеспеченные слои имеют меньше возможности получить высшее образование. Невысокая плата за обучение, примерно 300 долларов США за семестр, студенческие кредиты и стипендии действительно нуждающимся студентам помогли бы университетам улучшить качество образования, а государству расширить доступ к системе высшего образования. Опросы показывают, что большинство студентов не бросят учебу из-за введения невысокой платы. Эта мера заставит некоторых из них искать работу, а это в принципе не плохо, учитывая, что студенты государственных вузов в настоящее время зарабатывают лишь малую долю (около 20 процентов) того, что получают на параллельной работе их коллеги из частных учебных заведений. Однако оппоненты, правящие социал-демократы и некоторые студенческие организации, непоколебимы. Они считают такие меры радикальными и неприемлемыми. А не является ли неприемлемым сохранение элитарной системы образования при острой необходимости системных преобразований, в первую очередь направленных на обеспечение равных и больших возможностей?
Майкл Смит является внештатным научным сотрудником Института социологии Академии наук Чехии.
back  |  printBookmark and Share

TOL PROMOTION


© Transitions Online 2019. All rights reserved. ISSN 1214-1615
Published by Transitions o.s., Baranova 33, 130 00 Prague 3, Czech Republic.