Классовая борьба

Это третий из серии мультимедийных репортажей о деревнях и городских районах Грузии, где совместно проживают армяне и азербайджанцы. Вы можете узнать больше об этом проекте, а также увидеть фотографии и видео в блоге TOL's Steady State.

ЦОПИ, Грузия | Гюнель Оручова и Василий Петросян – ученики седьмого класса в полуразвалившейся школе в деревне Цопи, расположенной в 75 километрах к югу от Тбилиси и всего в нескольких километрах от грузино-армянской границы. Гюнель – этническая азербайджанка, как и 80% из восьмидесяти учеников; остальные – армянского происхождения, как Василий.

Конфликт между Азербайджаном и Арменией за спорную территорию Нагорного Карабаха в Цопи кажется чем-то далеким. Несмотря на то, что они в основном живут в отдельных кварталах, два сообщества, насчитывающие 130-150 семей, по местным оценкам – мирно сосуществуют, собираются вместе по деревенским делам и укрепляют дружбу между нациями, как они делали в течение поколений. Здесь, армян и азербайджанцев объединяют общие заботы: бедность, безработица и школа, истощенная малыми ресурсами и разрушающимся состоянием.

Вы можете прослушать наш подкаст при помощи проигрывателя внизу, либо загрузить его, щелкнув здесь правой кнопкой мыши.

СТЕНОГРАММА

(Музыка)

Гюнель Оручова и Василий Петросян  учатся в сельской школе Цопи в Грузии. В школе 80 учащихся, 64 из которых этнические азербайджанцы, как Гюнель; 16 – армяне, как Василий. Нашим ученикам по 14 лет и они ходят в школу вместе уже в течение семи лет. Хотя они учатся в разных отделениях школы, разделенной по языку обучения, у них один дом – Цопи.

(Музыка)

Деревня расположена на юго-востоке Грузии, в нескольких километрах от границы с Арменией. Но грузины здесь не живут – все жители являются этническими азербайджанцами или армянами. По словам местных жителей, грузины раньше жили в Цопи, так же как греки и евреи, но с годами они все уехали из-за бедственного положения деревни.

(Музыка)

Что в деревне Цопи действительно есть, так это терпимость ее обитателей. Они говорят, что здесь нет ссор между двумя нациями. Фаиг Ахмадов – азербайджанский житель деревни.

АХМАДОВ: В деревне никогда не будет конфликтов. Мы живем здесь вместе со времен наших отцов и дедов. И мы не можем сказать - ты армянин или ты азербайджанец.

Иногда они вспоминают об армяно-азербайджанских проблемах как о чем-то далеком.

АХМАДОВ: Все проблемы, подобные Карабаху из-за политики. Как я могу обвинить моего соседа, в том, что он сделал это? Он же сосед и ничего плохого мне не сделал.

(Музыка)

Конфликт из-за Нагорного-Карабаха остается источником напряжения между Арменией и Азербайджаном, и часто между этносами.

(Детские голоса)

Однако Гюнель Оручова и Василий Петросян говорят, что такие вещи не обсуждают. Они изучают историю Грузии, а не Армении или Азербайджана. У них есть друзья других национальностей.

ПЕТРОСЯН: Мы ходим домой друг другу в гости и играем вместе.

Сказал Василий. Гюнель добавляет:

ОРУЧОВА: Иногда мы вместе делаем домашние задания и гуляем в лесу.

(Музыка)

Проблема Цопи не в этнических конфликтах, а в бедности. Работы здесь практически нет, и большинство жителей – безработные. Ильхам Айвазов без постоянной работы уже много лет, но иногда он отправляется в другие деревни и берется за строительные работы.

АЙВАЗОВ: Каждый день мы уходим, потом возвращаемся и едим то, что найдем дома.

Языковой барьер препятствует местному трудоустройству. В советское время главным языком в регионе был русский язык, но с началом независимости Грузии в 1991 году грузинский стал официальным языком. Многие жители, как Фаиг Ахмадов, пришли к выводу, что единственным способом нормально заработать – отправиться в города Армении или Азербайджана:

АХМАДОВ: Работать здесь у меня нет шансов. Я единственный кормилец в семье. Я должен поддерживать мою семью – жену, двоих детей и моих пожилых отца и мать. Скоро я поеду на заработки в Баку. Надеюсь найти работу там.

(Музыка)

Нищета Цопи видна в 55-летнем здании сельской школы, с его разваливающимися стенами, разбитыми окнами и трухлявым полом. Гюнель говорит:

ОРУЧОВА: Мы проваливаемся сквозь пол, потому что дерево сгнило.

Латива Ибадова в течение 11 лет работает директором школы.

ИБАДОВА: Что сказать? Я не знаю.

Она жалуется на состояние здания.

ИБАДОВА: Все используемые классные комнаты застеклены, но не коридоры. Не хватает денег купить стекло. У нас вообще нет стекол.

Дыры в стенах и дверях делают непригодными многие школьные кабинеты. Другая проблема – отопление школы. В Цопи есть электричество, но нет газа. По всей деревне дрова являются основным источником тепла.

ИБАДОВА: Мы в школе тоже используем дрова. Нам помогает Министерство образования. В этом году они выделили нам деньги на покупку двух грузовиков дров и бензина.

Сами жители не могут себе позволить покупать дрова. Они стоят от 300 до 400 лари – это 180-230 долларов – цена двух грузовиков дров. Чтобы обогреть свои жилища они вынуждены срубать ветки деревьев, но это противозаконно, и если их поймают, то наложат штраф в 200 лари.

(Музыка)

Положение в деревне усиливает школьные проблемы. Молодежь все больше стремится покинуть Цопи. Это единственная возможность поддержать их семьи. Меньше молодых семей означает меньше учеников, что в свою очередь означает меньше денег от государства для школы.

ИБАДОВА: Из-за нехватки учащихся у нас недостаточно ваучеров для решения проблем школы. Нашего бюджета едва хватает на зарплату учителям. Вот почему Министерство образования выделяет нам дополнительную помощь.

По словам Ибадовой правительство Грузии обещало улучшить ситуацию.

ИБАДОВА: Нам нужен ремонт, которого мы все ждем. Министерство образования пообещало отремонтировать всю школу в 2011 году.

По словам Фаига Ахмадова, родителям в Цопи надоело ждать:

АХМАДОВ: Мы называем это школой, но это не школа. Никто, кто увидит ее своими глазами, школой не назовет.

(Музыка)

Это репортаж Ханим Джавадовой из Цопи, Грузия, специально для TOL.